Припять и Чернобыльская Зона Отчуждения (postalovsky_a) wrote,
Припять и Чернобыльская Зона Отчуждения
postalovsky_a

Categories:

Возможен ли точный прогноз наступления революции: белорусский вариант

А можно в наше время предсказать революцию или с точностью определить время наступления глубокого социально-политического кризиса? Возможен ли точный прогноз неизбежного наступления кризисных тенденций или условная революционная ситуация по-прежнему будет оставаться стихийным явлением, формирование которого обуславливается комбинацией случайных и не всегда взаимосвязанных факторов? Революции или затяжные политические кризисы комфортно анализировать, когда они уже состоялись. Есть четко определенное время начала, развития, кульминации и завершения кризиса, а причинно-следственные связи формулируются уже в зависимости от итогового результата противостояния. Проще говоря, революции или иные формы конфликтогенности легче объяснять уже после их свершения.
Однако всегда актуальным остается вопрос о возможности прогноза наступления таких явлений. С этим уже сложнее, хотя азарт игры в политическую «Вангу» всегда присутствует среди гуманитариев. Социология в данном случае не может со стопроцентной точностью смоделировать конкретный сценарий развития событий. Ну, скажите, кто мог предсказать 8-9 месяцев назад ситуацию с COVID-19, проводимую государственную политику в период пандемии, выдвижение Цепкало и Бабарико, образование женского триумвирата как основного оппонента власти? Правильно, никто. Впрочем, такой развернутый прогноз не мог появиться в принципе, поскольку для динамики любого конфликта характерна стихийность и ситуационность, вследствие чего сценарий развития постоянно видоизменяется.
Вместе с тем, социология выступает важным инструментом фиксации НЕОБХОДИМЫХ УСЛОВИЙ, при которых возможны сценарии реализации потенциальной революции или кризисных явлений. Проще говоря, социология может с эмпирической точностью определить условную «благодатную почву», на основании которой будет формироваться классическая ленинская «революционная ситуация». Вторичный анализ проводимых в 2015-2020 гг. исследований формирует очередной «лонгрид», позволяя ответить на вопрос: были ли события августа текущего года в Беларуси случайными и срежиссированными извне посредством импорта политтехнологий либо имелись объективные предпосылки к наглядной демонстрации протестного потенциала.
1. Знаковым социологическим трендом минувшей электоральной кампании стала дискуссия о необходимости публикаций социологического рейтинга действующего Президента. Мол, опубликование в открытых источниках показателей, отражающих степень готовности отдать свой голос на выборах за того или иного кандидата будет индикатором измерения протестного потенциала в зависимости о того, высокий этот показатель или нет. Однако сам по себе рейтинг, а именно эмпирически сведенный показатель, включающий в себя не только готовность отдать голос за конкретного человека, но и «антирейтинг» («за этого человека я никогда не проголосовал бы»), степень доверия, харизмы, узнаваемости и т.д. не позволяет в полной мере предсказать возможный сценарий протестов или потенциального открытого выражения негативных эмоций. Зафиксировать степень популярности можно, но готов ли при этом электорат выходить на улицу и защищать свой выбор и своего кандидата – на этот вопрос условный «рейтинг» никак не ответит. Вообще электоральный рейтинг – это как температура тела, в каких-то случаях она повышается, в каких-то понижается, где-то остается на уровне. Для эффективного наблюдения за рейтингом политиков необходимо проведение массовых опросов с периодичностью хотя бы ОДИН РАЗ в ДВЕ НЕДЕЛИ. Но тут есть нюансы и дело даже не в нежелании государства публиковать открытые данные, а вопрос тупо упирается в…. ДЕНЬГИ (!). Репрезентативная выборка для таких опросов составляет объем в 1000 респондентов (людей, которых нужно опросить). Соответственно, социологической службе нужно оплатить работу интервьюеров (людей, которые будут опрашивать), примерная стоимость одного интервью будет составлять от 10 до 20 рублей в зависимости от объема анкеты. Умножаем имеющиеся цифры на 1000 (ведь именно столько людей нам нужно опросить), добавляем расходы на тираж инструментария, работу региональной опросной сети, разработку компьютерной программы ввода полученной информации, ее математическую обработку и аналитическую рефлексию, ну и прочие расходы, связанные с проведением исследования. На выходе (плюс-минус) получается порядка 30000 тысяч белорусских рублей. Если мы проводим исследование рейтинга два раза в неделю, то это 60000 тысяч в месяц или 720000 (семьсот двадцать) тысяч рублей в год (!). Таким бюджетом не обладает ни одна социологическая служба в Беларуси, а самодостаточных и самообеспеченных гигантов наподобие российского ВЦИОМ в стране просто нет. Также как и нет таких цифр в статьях расходов на науку в государственных организациях. Соответственно, нужны сторонние заказчики и их интерес к проведению подобного рода исследований. Но тут дело даже не в дороговизне проведения социологических опросов. Например, в феврале 1996 года у действующего Президента РФ Б.Н. Ельцина электоральный рейтинг составлял всего 5 % («БОРЯ ПЯТЬ ПРОЦЕНТОВ»), что, впрочем, не помешало ему провести довольно эффективную избирательную кампанию и победить Зюганова и в первом и во втором туре. В свою очередь, сторонники Зюганова относительно спокойно «съели» результаты российского ЦИК и никаких массовых протестов против официальных цифр Центризбиркома не было (вопросы к ним, конечно имелись), хотя на дворе были лихие 90-е, когда в стране в принципе можно было делать все. Поэтому проводя регулярные исследования электорального рейтинга, Вы получите данные о симпатиях населения в отношении того или иного политика, но у Вас не будет понимания в отношении перспектив возможного протеста или потенциальной реализации революционного сценария. А для того, чтобы получить такое представление, нужно обратиться к изучению такого феномена как «СОЦИАЛЬНАЯ НАПРЯЖЕННОСТЬ»….
2. Социальная напряженность – это такое состояние общества, для которого характерно наличие противоречий в социальной, экономической и политической сфере, вызывающие скрытое или открытое недовольство. Социальная напряженность – естественное состояние для абсолютно любой страны, просто где-то она может быть высокой, где-то низкой, ее выражение может быть открытым или латентным. Каким образом измеряется «социальная напряженность»? В данном случае фиксируется отношение респондента по пяти позиций: 1) Актуальность личных проблем (список проблем приводится в анкете, например, «денег хватает на еду, но не всегда хватает на одежду», «невозможность взять кредит», «стесненные жилищные условия» и т.д по списку); 2) Фиксация своего материально-социального положения по сравнению с предыдущим годом (улучшилось, ухудшилось, существенно ухудшилось или осталось прежним); 3) Отношение к властным институтам по результатам ответов на п.1 и п.2; 4) Поведенческие установки; 5) Общее доверие к институтам власти.
Логика здесь следующая: Если респондент отмечает для себя актуальность тех или иных проблем (пункт 1), при этом он фиксирует ухудшение своего материально-социального положения по сравнению с прошлым годом (п.2), во всех своих бедах он склонен винить властные институты (п.3) и в принципе готов выразить свое скрытое или открытое недовольство (п.4), не доверяя при этом институтам власти (Президент, правительство, местная власть, правоохранительная система и т.д.) – п.5, то мы, в конечном итоге получаем сведенный эмпирический показатель СОЦИАЛЬНОЙ НАПРЯЖЕННОСТИ (конечная цифра 20 и выше говорит о высокой степени напряжения в обществе). Проводимые исследования показывают, что, начиная с 2014 года в Беларуси постоянно РАСТЕТ УРОВЕНЬ СОЦИАЛЬНОЙ НАПРЯЖЕННОСТИ, что СВИДЕТЕЛЬСТВУЕТ О НАЛИЧИЕ СУЩЕСТВЕННЫХ ПРОБЛЕМ В ОБЩЕСТВЕ. Но и здесь профессиональных социологов ждал определенный сюрприз и подвох….
3. Рассматривая показатели социальной напряженности в динамике, а они, как уже отмечалось выше, растут, обращаешь внимание на ... снижение доли экономического фактора в росте потенциальных протестных настроений (!). Ранее самыми кризисно-протестными годами высокой социальной напряженности были 1993 и 2011 годы. Но там было все просто и понятно – экономические трудности трансформационного периода 90-х и трехкратная девальвация национальной валюты в 2011 и соответствующий рост цен. Экономическая компонента доминировала в контексте объяснения роста социальной напряженности и потенциальных претесных настроений. Но... Начиная с 2014 года в Беларуси не было экономических потрясений и катаклизмов, но напряженность, согласно данным эмпирическим исследованиям с каждым годом только увеличивалась. В чем же дело? Где, так сказать, у нас «протекает» и что именно «проседает»?
4. Ответом на поставленный вопрос были следующие результаты. Факторный анализ получаемых эмпирических данных отражал зависимость роста протестных настроений от ... степени реализации базовых ценностей (базовые ценности согласно общемировой классификации – «работа», «семья», «друзья», «досуг», «здоровье», «политика», «религия»). Экономика и материальный достаток не являлись при этом ярко выраженным фактором, стимулирующим рост протестных настроений и социальной напряженности. Что касается ценностей, то важным аспектом здесь выступают именно условия их реализации. То есть человеку интересна не просто работа, чтобы обеспечить себя и свое окружение, а возможность дальнейшего профессионального и карьерного роста (работа как ценность), не просто факт рождения детей, мол, и у меня уже есть отметка о данном факте, а возможности воспитания и социокультурного образования. Политика как ценность не включает в себя необходимость стабильности и консервации общества, зато включает возможность открытого волеизъявления в избирательном процессе и ощущение личного участия в выборности власти. Проще говоря, людей стало больше интересовать не то, что у них есть и что они имеют сейчас, а НЕПОСРЕДСТВЕННО ТО, КАК ОНИ СУМЕЮТ ЭТО РЕАЛИЗОВАТЬ И КАКАЯ У НИХ ЕСТЬ ПЕРСПЕКТИВА. В 2017 году мы прямо ставили в массовых опросах вопрос «МОЖНО ЛИ УТВЕРЖДАТЬ, ЧТО ОТСУТСТВИЕ УСЛОВИЙ ДЛЯ РЕАЛИЗАЦИИ ВАЖНЕЙШИХ БАЗОВЫХ ЦЕННОСТЕЙ ВЛИЯЕТ НА ОПРЕДЕЛЕНИЕ ИЗБИРАТЕЛЯМИ СВОЕЙ ПОЗИЦИИ В ХОДЕ ГОЛОСОВАНИЯ НА ВЫБОРАХ ОРГАНОВ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ?» Подавляющее большинство (75,9 %) респондентов ответили «ДА». Экономическая компонента уже никак не затрагивала население, поскольку на первый план вышли именно ценности.
5. Соответственно, наличие условной «Чарки» и «Шкварки» уже никак не могло в полной мере удовлетворять население, поскольку люди активно начинают смотреть в завтрашний день, задумываясь о послезавтрашнем дне с обязательным требованием наличия перспективы и развития. Со стороны власть имущих почему-то активно работает месседж «если заполнить людям живот (чарка+шкварка), то у людей отключится голова». Но специфика нынешней ситуации заключается в том, что, даже заполняя живот, человек не довольствуется уже имеющемся, а как раз включает голову, задумываясь о развитии, приумножении и перспективе. Соответственно, «чарка-шкварка» и декларируемая стабильность уже просто не работают как ориентиры. Ценности вышли на первый план по сравнению с экономикой и люди хотят развития, то есть перемен
6. Ну и последний фактор, который нужно учитывать в прогнозировании потенциальной социальной напряженности и политического протеста. Есть в политологии такое понятие как «Молодежный бугор» - резкий демографический рост молодежи в определенный период времени, который формирует перекос доли молодых людей в государстве. Значительность молодежной группы впоследствии оборачивается высокой протестной активностью ввиду явной склонности молодежи к резким шагам, радикальному поведению и эмоциональным поступкам. В белорусском варианте «Молодежный бугор» имеет следующую интерпретацию и специфику. Если брать за основу лето 1994 года (время избрания первого Президента Беларуси), то к 2020 году в стране выросло целое поколение (26 лет), которое в принципе не знала и не жила при другом политическом лидере. Это поколение уже успело принять участие в относительно «лайтовой» избирательной кампании 2015 и было явно ориентировано на смену парадигм уже в рамках нынешних выборов. Посылаемые сверху месседжи о том, что «нужно сохранить имеющееся» или «мы помним лихие 90-е» для молодежи не работают абсолютно хотя бы потому, что сразу следует встречный, по молодежному резкий вопрос: «а зачем сохранять, если можно улучшить и преобразовать?» Ну а комплексного понимания эпохи 90-х быть не может просто потому, что молодежь просто не застала это время и период трансформаций в молодежном сознании инсталлирован на уровне содержания российского телесериала «Физрук» - комичного брутального персонажа, который абсолютно не вписывается в реалии современной эпохи цифровизации. 90-е – это условное что-то, которое было давно, зачем к нему обращаться, если нужно думать о двадцатых годах настоящего столетия? Молодежь – это нерв, молодежь – это движение, молодежь – это диджитал. Психосоциальная мировоззренческая лента условного «Инстаграма», которая должна непременно меняться каждый день, каждый час, каждую минуту. Именно ИЗМЕНЯТЬСЯ, а не стремиться сохранить то, что есть и постоянно возвращаться в прошлое, на три десятилетия назад. В прошлое белорусская молодежь вернулась своеобразным образом – сделала вновь злободневной и актуальной песню В. Цоя и группы «Кино», которая полностью отражает ее сегодняшнее мировоззрение и социальные требования.
Ну и что же мы имеем по итогам, для чего нужен весь этот словесный пасьянс? Имелись ли в Беларуси условия для наглядной демонстрации протестного потенциала? А имели мы следующее, конкретно листок бумаги А4, на котором были зафиксированы следующие тезисы:
«К весне 2020 года в белорусском обществе отчетливо фиксируется высокий уровень социальной напряженности, который за последние пять лет постоянно повышается. Социальная напряженность не детерминирована экономическими факторами, поскольку условной «точкой кипения» является ценностная компонента, а именно структурированный и сформированный запрос значительной части населения на трансформации в политической системе. Ориентация на изменения обусловлена невысоким уровнем доверия властным институтам. Институты власти, согласно расчету индекса социальной напряженности, выступают основными источниками конфликтогенности и субъектами «виновности» в оценках респондентов в контексте ухудшающегося с каждым годом личного социального положения. Запрос на политические изменения вкупе с негативными оценками властных субъектов и традиционного молодежного эмоционального радикализма в условиях отсутствия харизматичных политических фигур среди потенциальных кандидатов в Президенты создают условия для «протестного голосования», в соответствии с которыми избиратель голосует не за кого-то из предложенных кандидатур, а конкретно против кого-то – а именно против власти как таковой. Любая попытка консервации и применения жестких мер со стороны государства НЕПРЕМЕННО ПРИВЕДЕТ К ЭСКАЛАЦИИ СОЦИАЛЬНОГО НАПРЯЖЕНИЯ С ПОСЛЕДУЮЩИМ ПЕРЕВОДОМ КОНФЛИКТА В ПУБЛИЧНУЮ СФЕРУ...» Ну и к указанным абстрактным заметкам было приложено две страницы с динамиками эмпирических исследований и некоторыми расчетами индексов с обязательными пометками, сделанными карандашом. Данные бумажки в приватной, частной беседе за чашкой кофе были продемонстрированы уважаемому человеку, который в силу своей профессиональной деятельности знал чуть больше, чем среднестатистический белорус. Рассмотрев занудные записи с непонятной «цифирью», собеседник промолвил следующую фразу: «Не вижу никакой проблемы, резиновых палок заготовлено достаточно, все пройдет также как и в 2015-ом ...». Разговор, кстати, проходил зимой, когда еще не было Ковида. Ответ на первые два вопроса, сформулированные в первых двух предложениях текста настоящего текста лежат на поверхности. От себя добавлю, что сама по себе социология в настоящее время не является аргументом при принятии политических решений. Но это уже совсем другая история...
А сегодня у нас на дворе дождливая пятница 28 августа и 20-й день протестной активности.
Tags: Беларусь, Евромайдан
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo postalovsky_a январь 29, 2014 23:55 158
Buy for 20 tokens
Информация о каком-либо явлении - довольно субъективная вещь. Ведь если хочешь получить максимум достоверных знаний, нужно иметь достоверный источник информации. А с ним, собственно, и возникает иногда проблема. Особенно если речь идет о социально-политических событиях в стране, тем более - о…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 42 comments