Припять и Чернобыльская Зона Отчуждения (postalovsky_a) wrote,
Припять и Чернобыльская Зона Отчуждения
postalovsky_a

Categories:

Исповедь сотника Самообороны Майдана (часть 1)

Идея пообщаться с кем-нибудь из непосредственных участников конфликта в Украине с обеих сторон созрела у меня давно. Частично это удалось реализовать во время поездки в Киев в январе этого года. Однако, как показали дальнейшие события, конфликт, по сути, еще только начинался. Развернутых и обстоятельных интервью среди участников событий сейчас мало, где можно встретить. И сторонники Майдана и сотрудники правоохранительных органов пережили слишком многое за это смутное время. Немногие хотят вспоминать события тех тревожных дней. Кто-то потерял друга, кого-то просто предало командование, некоторые люди просто хотят забыть все то, что пережили и всякое упоминание об этих событиях вызывает  у них раздражение. Оно понятно - люди устали от всего этого.  Вместе с тем, большой удачей для меня стал разговор с одним молодым человеком, который нехотя, но все же согласился побеседовать со мной на тему конфликта в Украине. Владимир - простой строитель из Тернополя, вполне добродушный и открытый человек. В обычно жизни он работает на стройках и занимается хозяйством, помогая своей маме. Вовина мама – милая женщина, которая всегда приглашает в гости отведать ее фирменные вареники. Вполне себе стандартная и обычная семья, каких десятки тысяч по всей Украине. И если бы мне сказали, что находящийся передо мной молодой человек три месяца провел на Майдане и был сотником Самообороны, который  находился в самом пекле противостояния, я бы в это в жизни не поверил. Однако фотографии и завязавшийся с  Владимиром диалог открыли для меня еще одну пусть и маленькую, но все же страницу этого трагического периода в истории Украины. Слово за слово, предложение за предложением и мне удалось подготовить обширное интервью с одним из непосредственных участником тех событий. В чем истинные причины конфликта? Почему народ вышел на улицы? Как получилось, что конфликт фактически перерос в гражданскую войну? Чем непосредственно занимался герой настоящего интервью на Майдане? На эти и другие вопросы Владимир предельно откровенно рассказывает в интервью. Учитывая напряженную обстановку в Украине, а также специфику информации, которую доводит до аудитории уважаемый собеседник, его личные данные несколько изменены по этическим соображениям.
Скриншот 20.03.2014 20156

Наш собеседник - на фото слева.
- Приветствую Вас, Владимир. С чего начался для Вас этот трехмесячный и трагический период новейшей истории Украины?
- Добрый день. На Майдан Независимости я попал впервые днем 11 декабря 2013 года. Я  приехал с друзьями из Тернополя. Первоначально мы планировали просто оценить обстановку, провести в Киеве максимум сутки, ну и поехать обратно домой.
- 11 декабря 2013 года... А ведь Майдан уже по сути две недели функционировал. Уже был разгон студентов, пылала Банковая, предпринималась попытка зачистки Майдана...
- Если честно, я изначально не придал какого-то серьезного значения всей этой шумихе. Ну, обсуждают там, идти в Европу или нет. Это нормально для нашей страны, единого мнения не было никогда. Лично я выступаю за европейский вектор развития, так как перспективу вижу именно в Европейской Украине. Разгон студентов в конце ноября я воспринял относительно спокойно. Разогнали и разогнали, в принципе, я не видел здесь чего-то критичного. Ну а сам Майдан первоначально я воспринял не слишком серьезно....
- Это почему же?
- Дело в том, что это уже моя вторая революция. Я три недели отстоял на Майдане в 2004 году. В конечном итоге, все закончилось благополучно, тогда удалось сторонам решить вопрос без кровопролития. Затем к власти пришли новые люди. Что-то было хорошо в их действиях и решениях, что-то не очень. В общем, я не сразу серьезно воспринял появление Евромайдана. Так, соберутся, постоят, помахают, ну и разрешится все, как в 2004 году. Но после попытки силового разгона Майдана (ночь с 10 на 11 декабря - П.А.) я понял, что не могу оставаться и дальше безразличным. С тремя друзьями мы выехали утром из Тернополя и уже через 5 часов были уже в Киеве.
8816024_original
- Решение вступить в ряды самообороны Майдана у Вас созрело сразу?
- Если честно, я сначала просто хотел приехать и оценить обстановку. Однако увиденное меня потрясло и я решил остаться здесь до конца
- А что именно потрясло?
- Именно сплочение таких же простых людей, как и я, во имя общей цели. Самоорганизация, братство, помощь ближнему... Я сразу понял, что люди, которые стоят на Майдане, пойдут до конца, поэтому и принял решение остаться здесь. Первоначально мы приехали сюда на ночь, осмотрелись, потом уже съездили в Тернополь за палаткой и установили ее на Крещатике у пересечения с улицей Прорезной. С этого момента я находился на Майдане постоянно, отлучившись домой только на Новый Год.
Скриншот 20.03.2014 21520
- Сплочение во имя единой цели... А какая, собственно, цель была тогда в середине декабря? Европейский вектор развития, отставка правительства Н.Я. Азарова, досрочные президентские выборы?  Ведь по своему содержанию это три абсолютно разные, порой, не связанные друг с другом задачи…
- В середине декабря окончательная цель Майдана уже была сформирована. Это протест против действующей власти. Против коррупционеров, воров, преступников в погонах. Против той склоки, которая довела страну до такого состояния.
- То есть речь об ассоциации с ЕС как таковой уже не шла?
- Нет. Отказ от евроинтеграции стал просто зажженной спичкой, которая просто взорвала ситуацию в стране и стала поводом к акциям неповиновения власти.
- Хорошо. Тогда я Вам, Владимир, задам, наверное, самый популярный вопрос, который любят адресовать активистам Майдана его оппоненты. Вот есть власть. Народ ей недоволен по разным причинам. Причем настроен очень негативно к ней. Так через полтора года выборы, изберите себе нового Президента, новый парламент. Накажите народного избранника отсутствием голосов. Почему не разрешить эту проблему через выборы, тем более, что до них не так уж много времени оставалось? Так сказать, оставаясь в  пределах правового поля.
- Вы верно заметили, что проблема должна решаться в рамках правового поля. Однако о каком праве может идти речь, если сама власть это право и нарушает? Я молчу про падение уровня жизни в стране, повсеместную коррупцию, взяточничество, вымогательство, кумовство. Торговлю должностями, откаты, урезание зарплат, милицейский беспредел. Но когда стране публично обещают подписать ассоциацию с ЕС, а потом наглым образом плюют тебе в лицо, повернувшись в сторону "таежного союза" (Таможенный Союз России, Беларуси и Казахстана - П.А.), банально просто обманув миллионы людей. И черт с ним, с ЕС, но когда народ мирно вышел на улицы, а их еще и избивать начинают дубинками, разбивают головы, буквально закатывая в асфальт... Причем, избивать кого?  Этих юных студентов, детей?
5608a21675a9ef1e515ebc560cd5a283
В ноябре не было ни баррикад, ни "Правого сектора", ни самообороны.  На улицу вышли дети. Их просто избили и наплевали на мнение народа, который двумя руками был за ассоциацию. Потом публично пообещали всему миру, что Майдан не будут разгонять, а сами пытались его зачистить в ночь с 10 на 11 декабря. Тогда, слава богу, обошлось без жертв, но выводы мы все сделали. Этой власти доверять нельзя. Она при всяком удобном случае будет стараться обмануть тебя и подавить всякое инакомыслие, применив при этом насилие и террор. Скажите, это, по Вашему мнению, правовое поле?
- Не похоже...
- Вот именно! Мало того, что страна доведена до нищенского состояния, в то время как верхушка отмывала бюджетные средства, а сын Зека (Президент Украины В.Ф. Янукович - П.А.) вообще стал миллиардером.  При этом полстраны старается выживать на две тысячи гривен. Мало того, что этой власти, простите, нас..ть  на мнение простых людей, так против тебя объявили еще  целый террор! Тут уже, извините, не до пустых разговоров о праве или каких-то там духовных абстрактных ценностях. Здесь уже люди просто защищают себя и своих близких от этой  банды, просто действует инстинкт банального самосохранения. И если мы хотим что-то изменить вокруг себя, то мы должны бороться. А иначе завтра будет еще хуже. Или, не дай бог, вообще может не быть этого завтра...
- То есть, Майдан - это, прежде всего, форма народного протеста, а не политическая акция, направленная на интеграцию с Европейским Союзом?
- Да, Майдан - это, в первую очередь, протест. Протест против бандитской власти. А так называемый Евромайдан за ассоциацию закончился после избиения студентов. Насилие со стороны власти стала последней каплей, которая переполнила чашу терпения. Если до этого украинцы обсуждали проблемы страны на кухне, в кругу близких, то после кровавой ноябрьской ночи проблемные  вопросы начали задавать на Майдане, обращаясь напрямую к этой самой власти.
- Хорошо. Перейдем непосредственно к организации Майдана как формы протеста. Вот Вы приехали на Майдан, окончательно решили с друзьями обосноваться здесь, взяли с собой палатку и вещи первой необходимости. Как проходило дальнейшее встраивание в жизнь революционного Киева?
- Изначально мы работали над обустройством нашего нехитрого лагеря. Я отправился в палаточный городок, чтобы выяснить у старших, где нам можно разметить свою палатку. В итоге договорились, что она будет неподалеку от баррикады на Прорезной. Палатка была у нас двухместная, мы ее оборудовали с учетом декабрьской погоды, спали по очереди. Времени на сон было буквально несколько часов. Потом мы менялись местами со спящими, так как нас было всего 5 человек и мест, естественно, хватало не всем.
IMG_0561 (701)
- Насколько я понимаю, Вы сотник самообороны Майдана?
- Да, совершенно верно.
- Соответственно, напрашивается сам по себе вопрос, а как Вы из обычного сторонника украинского протеста стали целым сотником Самообороны? Ведь Вы уже автоматически превращаетесь в не просто обыкновенного протестующего, а в целого командира, у которого в подчинении много людей. С чем связан Ваш, если можно так выразиться, карьерный рост?
- Да тут, в общем то, нет ничего необычного. Дело в том, что мы сразу с друзьями определились, что на территории, прилегающей к нашей палатке, будет соблюдаться чистота и порядок. Мы тщательно следили за этим. Кроме того, мы организовали дежурство и патрулирование территории, чтобы пресекать различного рода провокации, которые уже к тому времени начали проводиться против сторонников Майдана. Ну и недопущение  пьяных на территорию палаточного городка, конечно. К тому времени мы уже тесно общались с Самообороной Майдана, наладили взаимодействие с ними, и мне было предложено стать главным среди людей, которые находились в районе нашей палатки. К тому времени Майдан уже расширялся, людей становилось все больше, поэтому нужна была какая-то координация их действий.
- Хорошо, а вот сотник... Это, прежде всего, кто? Полевой командир, начальник какого-то повстанческого отряда, наиболее авторитетный лидер? Как вообще осуществлялось управление сотнями Майдана?
- Ну, полевой командир - это слишком громко сказано (смеется - П.А.). На самом деле здесь нет такой подчиненности, как в армии. Звания, должности, устав. Нет. Просто есть определенная территория палаточного городка и люди, которые живут на ней.  Твоя задача - координировать их действия. Здесь нет конкретных приказов - я просто обращаюсь с просьбой по тому или иному вопросу. Все держится исключительно на авторитете, раз уж ты сотник - то народ тебя будет слушать, тебя уважают как командира и организатора.
- А опыт срочной службы или работы в правоохранительных органах был определяющим в назначении сотника?
- Скажем так - это не помешало бы, но именно такого критерия не было. Повторюсь, здесь главное иметь авторитет среди людей. Бывали случаи, когда сотней из 30-40-летних мужиков руководил студент вуза. Он пользовался уважением среди них, являлся образованным, они прислушивались к нему.
- Значит,  вопрос уважения и харизмы является определяющим. А вот как простому демонстранту или сочувствующему Майдану определить, сотник находится перед ним или нет? Они носили какие-нибудь отличительные знаки или форму?
- Нет, мы были одеты так же, как и наши бойцы. Зачем привлекать к себе личное внимание... Единственное, у сотников всегда была рация, по которой можно было связаться и с другими сотнями, а также со штабом самообороны Майдана. Также у меня имелся специальный бэйдж. В бэйдже у меня были перечислены те объекты. Где я мог свободно появляться.
- Ого, даже так.
- Да. Я мог свободно перемещаться по палаточному городку и имел права доступа в штаб обороны. Выше был только бэйдж с надписью «проход всюду», но мне он, в принципе, был и не особо нужен. Какой-то сверх надобности общения с руководством не было, я и так был в состоянии решать все стоящие передо мной вопросы.
- Сотня Самообороны - это обязательно именно сто человек?
- Это условное название. В сотне может быть как  двадцать, так и двести человек. В крупных сотнях помимо сотников есть еще и десятники.
- А вот, допустим, пришел на Майдан новый человек, который поддерживает революцию и хочет помочь. Куда ему нужно обращаться? Его сразу принимают в свои ряды или происходит какая-нибудь проверка или фильтрация?
- Да, конечно. Новичка проверяли, ибо много было случаев, когда провокаторы проникали на баррикады. Например, те же «титушки». Приходили с пивом или с водкой и снимали себя на телефон. Главное, чтобы на фоне баррикад. А потом выкладывали видео в интернет, мол, смотрите, это пьяные будни Майдана. Ну, или просто провоцировали на грубость или вели разведку. Таких персонажей мы вычисляли и боролись с ними. А так, задавали новичку вопросы, кто он, откуда, чем хочет заниматься. Естественно, присматривались к нему. Как правило, если человек пришел на Майдан с какой-то иной целью, ну там, разведка, например, то это сразу было заметно. В 90 процентах случаях диверсант выдавал себя сам своим поведением, странными вопросами  и иными действиями. Поэтому новичков, которые пришли со стороны мы, конечно же, проверяли.
- Прямо таки целая революционная контрразведка.
- (смеется) Можно и так сказать.
- Борьба с провокаторами, поддержание чистоты, охрана общественного порядка. Что еще входило в распорядок дня активиста Майдана?
- Основными видами нашей работы были: охрана порядка и дежурство на баррикадах. Формировали смены в зависимости от загруженности. Например, приходит человек, говорит, что свободен сегодня и готов помочь. Мы смотрим сразу на дежурные смены по мере их загруженности. Например, нужно два человека в патруль – направляли тогда туда. Или необходимо было сменить людей на баррикаде – организовывали смену. В основном в мирное время эти два вида работы были основными. А так – можно было погулять по Майдану, концерт послушать, благо на сцене всегда много артистов выступало.
- Члены Самообороны должны все время были находиться в пределах периметра Баррикад  платочного городка?
- Необязательно. Киевляне, например, могли спокойно отправиться ночевать домой. Все время были они на телефоне, в случае обострения они мгновенно возвращались на баррикады. Также те люди, которые приехали из других городов Украины, могли вполне себе свободно уехать домой. Все мы люди и все прекрасно понимали, что есть семьи, работа, поэтому абсолютно этому не препятствовали. Повторюсь, у нас не было какой-то там казарменной дисциплины и военного порядка, все делалось добровольно и по просьбе.
IMG_0276 (Копировать) (Копировать)
- Владимир, ну я просто не могу не задать Вам этот вопрос. Скажите честно, можно не под  микрофон. А Вам и Вашим подчиненным платили деньги за то, что Вы стоите на Майдане, несете тут какую-то службу, являетесь оплотом сопротивления власти?
- Нормальный вполне вопрос, можно и под микрофон.
- Я весь во внимании.
- Никто денег за то, что ты стоишь на Майдане, тебе платить не будет. И не платили за это в принципе. Ты – свободный человек. Если ты устал или тебя что-то не устраивает – ты можешь спокойно покинуть палаточный городок. Никто тебе слова не скажет. Здесь все стоят только по личному желанию. А что касается денег, то ими могли обеспечить, если у тебя просто нет средств, чтобы добраться домой. Все взрослые люди и все прекрасно понимают, что помимо революции и протеста у человека еще есть семья, близкие, родственники. И что они тоже беспокоятся за своих близких, которые здесь стоят. Поэтому их необходимо было навещать, периодически возвращаться в те города, откуда приехали сюда. Кроме того, был ведь еще Новый Год, Рождество. Эти праздники многим тоже хотелось встретить в кругу своих родных. Однако у человека могли банально возникнуть материальные проблемы, ведь он стоит на Майдане, денежных поступлений и заработка нет, а за время нахождения в Киеве у него могли просто закончиться деньги. И вот чтобы человек смог добраться до дома, ну и по возможности опять вернуться оттуда на баррикады, ему давали деньги, которые могли покрыть траты на проезд в поезде, автобусе, маршрутке. Ну и там параллельно шоколадку привести родным. А такого, что, мол, «давай стой здесь, мы тебе заплатим энную сумму за сутки стояния тут энную сумму», не было и в помине.
IMG_0284 (Копировать) (Копировать)
- Только компенсация за проезд до дома? А вот горячая еда на Майдане, чай? Это же кто-то финансировал…
- Насчет компенсации за проезд – да, это единственное, в чем тебе могли помочь материально. Не более того. Я обычно спрашивал у своих ребят, кто собирается домой. Скажем, хочет поехать один человек, допустим, в то же Ровно. Я ему говорю, что он включен в очередь на получение компенсации за проезд до города. Просто я централизованно формировал группы людей, которым необходимо было вернуться домой, чтобы мне потом в штаб Самообороны идти не с одним человеком, а хотя бы с несколькими. Там в штабе я сообщал, что моим бойцам нужно добраться до дома, встретить родных, восстановить силы. В зависимости от количества желающих вернуться и мест их проживания, выделялась мне соответствующая сумма. А там я уже на правах сотника сам распределял средства. Что касается организации питания на Майдане? Я тут не могу ответить однозначно ибо я этим персонально не занимался. Знаю только, что много было пожертвований и помощи от неравнодушных граждан, родственников, предпринимателей. Были определенные благотворительные счета, куда поступали средства. Как они распределялись – этого я не знаю. Кроме того, было много случаев, когда люди сами несли еду и продукты на Майдан.
- Революционная солидарность?
- Совершенно верно. Ненависть к этой власти и желание изменить нашу жизнь к лучшему объединили людей разных возрастов и сословий. Бывали случаи, когда люди сами несли еду и продукты на Майдан. Это было так трогательно, просто не передать словами. «Ребята, угощайтесь, поешьте…» - говорили нам такие же простые люди, как и мы. Также несли теплую одежду, медикаменты. Один раз даже проезжали неподалеку парни на внедорожнике, подошли к нам и сказали: «пацаны, может вам дров подвезти для согрева?». Мы просто в шоке были, казалось, ну люди обеспеченные, чего им жизни еще не хватает? Однако и они были солидарны с Майданом. Майдан объединил в себе народ, такого единения и единства не было даже в 2004 году.  Я даже мог иногда написать в социальных сетях в Интернете, что, мол, ребята, помогите, на баррикады срочно нужна одежда или какие-нибудь стройматериалы, медикаменты. И всегда находились люди, которые это все приносили из своего дома, причем безвозмездно. Это просто не передать словами!
IMG_0902 (Копировать) (Копировать)
- От сотен Самообороны перейдем, собственно, к самой Самообороне Майдана. Что это такое и с чем ее едят? В общественном сознании прочно утвердилось мнение, что Самооборона Майдана - это, прежде всего, активисты из западных областей Украины и организация "Правый сектор" как наиболее радикальная часть оппонентов действующей на тот момент власти. Это исчерпывающий список организаций Майдана или его социально-политическая палитра куда более разнообразная?
- Давайте начнем с того, что на Майдане стоят далеко не все представители западных областей. Это глубокое заблуждение. Во-первых, очень много самих киевлян на баррикадах. Во-вторых, вполне солидное представительство Харькова, Днепропетровска, есть народ из Сум и даже из Донецка - вотчины Зэка.
- Мне как-то даже приходилось слышать следующее мнение, что, мол, "на Майдане стоит голодный Запад Украины, в то время как Восток работает и платит налоги, формирует бюджет, из которого, почему-то кормятся и те и те, хотя  в реальности в экономику вкладывается только Восток..."
- Нет, это миф, который так почему-то стремятся навязать российская и подконтрольная Партии Регионов пресса. В промышленном плане - да, на Востоке больше заводов, предприятий. Однако это не значит, что Запад умирает с голода. Здесь все работают, если не верите - приезжайте в гости ко мне в Тернополь, и Вы лично убедитесь в этом. Да, больших денег ты не заработаешь, но всегда можно съездить на заработки  в тот же ЕС, челноков, кстати, у нас очень много. А так работа всегда есть и зарплата тоже. Никто здесь не голодает, не верьте этому.
- Так, с территориальным составом Самообороны разобрались, перейдем к политическим силам и организациям, представленным в эпицентре сопротивления...
- Ну, помимо "Правого сектора" была Самооборона Майдана, как таковая, ВО (Всеукраинское объединение - П.А.)" Свобода", ВО "Спильна Справа" (Общее дело - П.А.), "УДАР", афганцы, казаки, обычные люди без какой-либо там принадлежности. Было представлено много организаций, Майдан - это далеко не "Правый сектор", как это почему-то пытается представить пресса общественности.
- А к какому крылу примыкали непосредственно Вы?
- Я не являлся членом какой-либо политической партии или общественного объединения.  Предпочитаю оставаться вне организации, поэтому я сразу решил, что у меня не будет какой-то принадлежности к ним.
- Как там у вас принято говорить – «позафракційні».
- Да, все верно. Первоначально я пообщался с представителями всех объединений и организаций, представленных на Майдане. В общем, ни к кому из них решил не примыкать, просто стал членом Самообороны Майдана. Как мне показалось, Самооборона наиболее нейтральна и свободна от каких-то корпоративных обязательств. А так еще была возможность вступить в «Свободу». Дело в том, что когда у нас еще не было палатки, была возможность разместиться в КГГА (мэрия Киева – П.А.). Однако для этого нужно было обязательно становиться «свободовцем», а я лично не хотел.
- То есть сам состав активистов Майдана был достаточно неоднородным по своим взглядам и целям, которые они перед собой ставили?
- Именно так.
IMG_0480 (Копировать) (Копировать)
- Очень любопытно, ведь со стороны, кажется, что Майдан в этом плане представляет собой единый монолит. Однако состав его участников самый разнообразный. Почему тогда лавры героев революции и основных действующих ее лиц забирает себе в основном «Правый сектор»?
- Это еще пошло с Банковой (столкновения ночи 1 декабря 2013 года у Администрации Президента Украины – П.А.). Они тогда организовали атаку на внутренние войска, и в прессе прочно сложился этот образ радикалов, которые действуют непременно под флагом «Правого сектора». Хотя та же «Спильна справа» захватывала министерские здания и КГГА (здание мэрии Киева – П.А.), «свободовцы» снесли памятник Ленину на Бессарабке. Просто «Правый сектор» был, по сути, первым, кто серьезно ввязался в драку с силовиками, вот отсюда и пошло, что если и идет какое-то сопротивление «Беркуту» и ВВ, то это обязательно «Правый сектор». Но это совсем не так. И вообще,  нужно понимать, что «Правый сектор» - это своего рода конфедерация или координация нескольких давно сложившихся сообществ – «Тризуб», УНА-УНСО, «Патриот Украины» и многие другие. «Правый сектор» уже сформировался в период сопротивления власти в качестве структуры, которая объединяла в себе все эти сообщества.
- И как же Вы не поддались соблазну примкнуть к этой организации, ведь они были настроены предельно радикально и решительно?
- А «Правый сектор» мне особо и не нравился.
cektor_480_270
- Ничего себе. И чем же Вас разочаровал боевой отряд революции?
- Да с ними ни о чем невозможно было договориться. Например, нужно наступать вместе на позиции силовиков. Пытаемся договориться о том, кто и где пойдет. Они на компромисс не шли никогда, мол, мы будем поступать вот так и так. И такая позиция по многим вопросам. С одной стороны, у них был уже давно сформированный и полувоенизированный костяк, с другой стороны, было много молодчиков и футбольных фанатов. Так поодиночке – вполне себе ничего люди, но в организационном плане абсолютно невозможно было сотрудничать с ними. Ну и странные они были немного…
- В чем именно это проявлялось?
- Во-первых, они были лучше всех экипированы. Самые мощные и надежные бронежилеты были у них. А еще каски, противогазы. Откуда они это брали – никто не знал. У нас, например, был только один бронежилет на палатку и то легкий. С одной стороны они действовали радикально, с другой стороны – вот они начали бой, и через какое-то время начинаешь замечать, что их уже нет рядом. Ну и много молодчиков было, которые были готовы едва ли не шапками закидать силовиков. Дети, в общем. Ничего плохого про коллег не хочу сказать, но периодически их отдельные действия вызывали у  нас недоумение.
- В январе, когда я был на Грушевского, обратил внимание на высокую степень самоорганизации небольших групп майдановцев, их сплоченность и порядок. В то же время меня не покидало чувство отсутствия визуального управления всем этим процессом. То есть по факту организованное сопротивление есть, но организованного управления им – нет. Есть общая идея (свержение дискредитировавшего себя правящего режима) и нет порожденного этой идеей национального лидера. Вот Вы недавно отмечали, что какого-то жесткого подчинения внутри тех или иных сотен Майдана не было, в состав сопротивления входят, порой, разные по своим идеям и ценностям сообщества. Да что там говорить, если  о Дмитрие  Яроше, лидере «Правого сектора», по большому счету узнали только в начале февраля. Хотя «сектор» уже довольно успешно действовал в течение двух месяцев и стал эдаким брендом революции. Получается, у Майдана были желание, идея и цель, но не было лидера, вокруг которого можно было объединиться и кто выступит гарантом реализации требований людей, вышедших на улицы?
- Получается так. Народ был объединен общей идеей. Главное было остановить этот беспредел, который исходил от действующей власти.
- Тем не менее, были люди, которые, так или иначе, позиционировали себя как лидеров Майдана – Олег Тягнибок («Свобода), Арсений Яценюк («Батькивщина»), Виталий Кличко («УДАР»). Также у самого Майдана был комендант Андрей Парубий («Батькивщина»). Эти лица действительно были реальными лидерами протестующих?
kievskaya_oppoziciya
- Нет. Они не решали ровным счетом ничего.
- Однако в общественном сознании эта троица является едва ли не организаторами сопротивления и государственного переворота…
- Тут нужно понимать несколько моментов. Да, эти люди являются оппозиционерами. Они возглавляют в Верховной Раде партии, которые являются оппонентами Партии Регионов. И все! А Майдан – это другая аудитория. Тут собраны не сторонники там, скажем, Тягнибока или Кролика Сени (Арсений Яценюк – П.А.), здесь вышли люди с протестом против действующей власти. С протестом, а не с поддержкой того или иного политического деятеля! Если в 2004 году мы вышли на Майдан, протестуя против итогов выборов, поддерживая тем самым Ющенко, то теперь никаких предпочтений народ не высказывал. Только отставка «Азiрова-Януковича» и все!
- Мне кажется или в вашем ответе присутствуют негативные нотки относительно этого трио?
- Я думаю, что абсолютное большинство людей, которые отстояли на Майдане  определенное время, негативно относятся к трехглавому змию.
- С чем это связано?
- Майдан неоднократно обращался к ним, чтобы они возглавили сопротивление, определились с лидером и начали предпринимать реальные шаги по реализации наших требований к власти. Однако никто из них не захотел брать на себя ответственность. Они погрязли в междоусобицах, личных амбициях. Для них Майдан – это, прежде всего, самопиар, на фоне которого они рассчитывают, так или иначе, войти во власть. Если хочешь протестовать, позиционируешь себя как противника власти, то иди вместе со всеми на  баррикады. Из-за них сама идея протеста оказалась дискредитированной, люди устали от их бездействия и проявляли безразличие. Вместо реальной борьбы с режимом они подписывали с Януковичем какие-то там соглашения и меморандумы. По сути, они спускали Майдан на тормозах.
769305
- Того же Кличко в январе демонстранты просто окатили из огнетушителя…
- Совершенно верно. Потому что люди устали от бездействия оппозиции. Кстати, первоначально они критически относились и к «Сектору», и к «Спильне» и к Самообороне, называя нас провокаторами и экстремистами. Потом уже в январе, стало ясно, что именно Майдан и его наиболее мобильные группы, готовые драться с силовиками, представляют РЕАЛЬНУЮ СИЛУ, которую по-настоящему боится Янукович. И они опять стали примазываться к нам, заигрывая с  толпой. Хотя, кроме как странных соглашений и меморандумов с Зеком, они ничем не запомнились. Причем эти меморандумы их никто (!) не уполномочивал подписывать и говорить от нашего имени. В общем, эти люди не были лидерами в полном смысле этого слова, по крайней мере, мы их таковыми не считали.
Продолжение следует...
Почему мирный протест на Майдане перешел в открытые боевые столкновения? Кто первым начал стрелять – силовики или демонстранты? Возможен ли был компромисс между сторонами конфликта? Было ли у активистов Майдана боевое оружие? И, наконец, почему вопреки всякой логике Майдан Независимости не был взят силовиками в ночь с 18 на 19 февраля? Ответы на эти и другие вопросы прозвучат во второй части интервью, которое будет опубликовано в самое ближайшее время, следите за обновлениями.

Tags: Евромайдан, Киев, Майдан, Украина
Subscribe
promo postalovsky_a январь 29, 2014 23:55 158
Buy for 20 tokens
Информация о каком-либо явлении - довольно субъективная вещь. Ведь если хочешь получить максимум достоверных знаний, нужно иметь достоверный источник информации. А с ним, собственно, и возникает иногда проблема. Особенно если речь идет о социально-политических событиях в стране, тем более - о…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 227 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →